Краткое содержание: Привидения

Действие драмы происходит в Норвегии, современной автору, место действия - размещенная на западном побережье Норвегии усадьба фру Альвинг. За окном мелкий дождь. В дом входит, громко гремя деревянными подошвами, столяр Энгстранд. Служанка Регина сообщает, что Освальд, сын фру Альвинг, только приехал из Парижа и спит наверху, и велит не шуметь. Столяр говорит, что построенный им приют к завтрашнему открытию готов. Заодно с приютом откроют и памятник Альвингу, камергеру и покойному мужу фру Альвинг, и приют также будет назван в честь него. На строительство Энгстранд отлично заработал и надумал открыть гостиницу для моряков. В этом деле нужна бы женщина. Не переедет ли дочь к нему? В ответ та только фыркает - чего он зовет её "дочкой"? Регина ни за что не покинет дом, где все устроено так благородно, привечают и её, и даже немного удалось научиться французскому языку.

Энгстранд уходит, входит пастор Мандерс. Он пытается отговорить фру Альвинг страховать приют - это будет отрытым сомнением надежности богоугодного дела. И почему фру Альвинг не желает, чтобы Регина переехала к отцу?

К пастору и матери выходит Освальд. Он вступает с пастором в спор, а тот обличает низкую мораль богемы. Моральный облик в среде артистов и художников, утверждает Освальд, ничем не отличается от морали в других сословиях. Слышал бы Мандерс рассказы высокоморальных чиновников, заехавших покутить в Париж! Фру Альвинг также на стороне Освальда: напрасно Мандерс её осуждает за то, что читает вольнодумные книги - защита им церковных догм слишком неубедительна и только вызывает интерес к вольнодумству.

Освальд вышел прогуляться, а пастор раздраженно спрашивает у фру Альвинг - неужто так ничему её жизнь и не научила? Ведь уже спустя год после пришлось ей бежать именно к Мандерсу в дом, и она отказывалась вернуться оттуда к мужу. Ему тогда удалось вернуть её в дом, выведя из "экзальтированного состояния", вернуть к домашнему очагу и супружескому долгу. А ведь камергер Альвинг повел себя как настоящий мужчина. Он плодотворно работал, умножил семейное состояние, был полезен обществу. И сделал фру Альвинг деловой помощницей, достойной женщиной. Освальд же сегодня демонстрирует порочные взгляды, то следует считать прямым следствием того, что он не воспитывался дома - по настоянию фру Альвинг он учился вдали.

Слова пастора задели женщину за живое. Если он так хочет, можно поговорить и серьезно! Мандерс знает, что она не питала любви к покойному мужу, что она была просто куплена камергером Альвингом у родственников. Он был красив, обаятелен, но и после свадьбы пил и распутничал. Что же ей было делать, как не бежать от такого мужа - к тому, кого любила, к Мандерсу, и ведь она ему тоже нравилась, как казалось! Мандерс, считая, что камергер Альвинг впоследствии исправился, очень ошибается - до самой смерти он оставался отчаянным забулдыгой. В собственной дом он ввел порок, однажды на балконе фру Альвинг застала его с горничной Йоханной. И Альвинг своего добился. Может, Мандерсу неведомо, что служанка Регина - это плод порока, незаконнорожденная дочь Альвинга? Столяр Энгстранд согласился прикрыть грех горничной Йоханны за кругленькую сумму, хотя и столяру всей правды неведомо: Йоханна придумала для него некоего заезжего американца.

Сына же она была вынуждена отослать из дома - в семилетнем возрасте тот уже начал задавать слишком сложные вопросы. Фру Альвинг полностью взяла правление в доме на себя после случившегося с горничной, и именно она занималась хозяйством, а вовсе не муж! Её же усилиями удалось скрыть поведение мужа от общества и сохранить хотя бы внешние приличия.

Исповедь - скорее отповедь - пастору фру Альвинг закончила, проводив его до двери. Проходя мимо столовой, они услышали возглас Регины, которая вырывалась из объятий Освальда. Фру Альвинг воскликнула: "Привидения!" - ей вдруг показалось, что она снова вернулась в прошлое и застала на балконе своего мужа с горничной Йоханной.

Фру Альвинг называет привидениями не только потусторонних гостей. По её словам, ими же следует называть любые отжившие понятия, старые верования и прочее подобное. Фру Альвинг считает, что все это отжившее и определило её судьбу, а также воззрения и характер пастора Мандерса и загадочную болезнь сына. Парижский доктор сказал, что болезнь Освальду передалась по наследству, но ведь сын практически не знал своего отца, он всегда идеализировал камергера, а потому не поверил доктору и считает причиной болезни собственную легкомысленность в парижских приключениях, которые были в начале его учебы. Его к тому же постоянно мучают необъяснимые страхи. В сгущающихся сумерках они с матерью сидели в гостиной. Внесли лампу, и, в желании снять чувство вины с сына, фру Альвинг уже вознамерилась рассказать ему правду и об отце, и о Регине - её легкомысленный Освальд уже пообещал свозить в Париж. Но разговор неожиданно прерван появившимся пастором и криком Регины. Пожар прямо рядом с домом! Горит только что отстроенный приют, который должен носить имя камергера Альвинга.

Скоро утро. В той же гостиной горит та же лампа. Столяр Энгстранд завуалировано шантажирует пастора Мандерса - говорит, что это пастор виновен в пожаре, поскольку неловко снял со свечи нагар. Впрочем, волноваться пастору не нужно, столяр никому ничего не скажет об этом. Но пусть и Мандерс поможет ему начать благое дело - оборудовать гостиницу для моряков. Мандерс дает согласие.

Пастор со столяром уходят, вместо них в гостиную входят фру Альвинг с Освальдом - он только что вернулся с пожара, который так и не удалось погасить. Начинают разговор с того места, на котором он был прерван. Короткая ночь миновала, но за неё фру Альвинг успела о многом подумать. Она была особенно поражена словами Освальда о том, что в краю их людей учат отношению к труду, как к проклятию, как к наказанию, а к жизни - как к скорбной юдоли, от которой лучше как можно скорее избавиться. Теперь она рассказывает сыну правду о камергере Альвинге, но суждения её уже не соль строги: сильная и одаренная натура камергера просто не смогла найти себе достойного применения в этой глуши, и потому единственным выходом для неё оказались чувственные удовольствия. Освальд понимает, о каких удовольствиях говорит мать. При их разговоре присутствует Регина - пусть он знает, что это его сестра. Регина после этих слов поспешно уходит, простившись. Уже собравшись уйти, она узнает о болезни Освальда, и только сейчас он сообщает матери, почему спрашивал о её готовности пойти ради него на все. И для чего он так нуждался в Регине. Он не все рассказывал о заболевании ранее: его дальнейший удел - безумие, уже после второго припадка он навсегда останется бессмысленным животным. Чтобы избавиться от такой обузы, Регина с легкостью дала бы ему спить заготовленный им в бутылочке морфий. Теперь он дает эту бутылочку матери.

Мать утешает сына. Его припадок прошел, дома он обязательно поправится. Здесь ему будет хорошо. После вчерашнего непрерывно моросящего дождя сегодня он сможет увидеть родные места во всей красе. Фру Альвинг гасит лампу у окна. Пусть сын увидит красоту сверкающих под восходящим солнце ледников!

Освальд смотрит в окно, и, не видя солнца, повторяет: "Солнце, солнце". Мать сжимает в руке бутылочку с морфием, глядя на сына.

Краткое содержание драмы "Привидения" пересказала Осипова А.С.

 

 

Обращаем ваше внимание, что это только краткое содержание литературного произведения «Привидения». В данном кратком содержании упущены многие важные моменты и цитаты.