Краткое содержание: Джанки. Исповедь неисправимого наркомана

Уильям Ли был рожден в спокойном элитном пригородном местечке вблизи одного из городов на Среднем западе. Там же и вырос. В первые годы своей жизни он был обычным ребенком, от массы детей не отличался, правда, много времени проводил за чтением книг, больше остальных. Получив Гарвардское образование, таскалс, по еще не знавший войны европейской земли, и, надо сказать, стабильно получая полторы сотни долларов, не озадачивался стремлением работать для своего обеспечения. С началом военных действий, двинулся в ряды армии, оказался разочарован и был комиссован со справкой больного шизофренией. Затем перебирал всевозможные профессиональные направления, был частным сыщиком, работал в баре, на заводе, от рабочим и клерком. Так и наступил момент, когда впервые попробовал наркотики...

Попробовав однажды, становишься зависим от них навсегда. Подобное происходит при отсутствии каких-либо увлечений, когда человек не интересуется ничем, не имеет устремлений. Пробуя, люди не хотят становиться наркоманами, никому не в радость зависимость, но случается это так: в одно прекрасное утро очухался, и понял, дороги назад нет и ничего с этим не поделать, все, бесповоротно подсел.
Если сравнивать с алкоголем или косяком, подлинная дурь не удовольствие и не средство ободриться, встряхнуться, - это стиль жизни.

Уильям водил знакомство с парнем, работающим в порту, где тот успешно крал, на что взгляд падал, если плохо лежало. Однажды к нему он завалился с автоматом и пачкой морфия, кстати, у него имелся целый запас такого «хозяйства» в количестве полтора десятка пачек. Прейдя, обратился за помощью, просил найти кому это продать. Оружие толкнули без проблем, с морфием оказалось сложнее. Хотя, с помощью другого знакомого тоже легко получилось. Уильям нашел Роя и Германа, они приобрели часть. А по прошествии нескольких дней укололся одной ампулой, из остатка.
Сперва он ощутил согревающую волну релакса, несравнимую ни с чем, а затем оказался во власти страха - нечто пугающее присутствовало вблизи, что-то, что никак не удавалось поймать взглядом, и потому казавшееся еще более жутким. Далее последовал красочный фильм: гигантский, окутанный неоновым свечением бар с официанткой, на подносе у которой расположился череп - вполне себе такой образ ужаса смерти. Проснувшись, когда рассвело, чувство испытанного ужаса все еще было при нем, потом стошнило и еще несколько часов он ощущал себя потрепанным.

Недели за четыре Ли небольшими дозами израсходовал все, что имелось в остатке. Третья доза избавила его от приступов ужаса. Оставшись без наркоты, он стал отовариваться у Роя. Этот тип подсказал ему всевозможные ухищрения бытия наркомана, даже как самому доставать рецепты на получение морфия и приобретать его в аптеках. Такие способы добычи рецептов являлись основными источниками доходов подсевших. Немного спустя, для Уильяма уже стало обычным быть в баре с другими наркоманами, шныряющими ради возможности разжиться деньгами, обчищая карманы пьяных в метро.

Однажды дружок Роя, по имени Герман, вместе с Уильямом Ли взяли совместно килограмм новоорлеанской марихуаны. Сбывать взялись через какую-то непонятную лесбиянку, представлялась она не менее странно - поэтессой. Деньги капали, проблем с ними не было, занятие прибыльное, правда, скучное, имевшее свои некоторые нюансы, заключавшиеся в потребности клиентов, при покупке ими товара, затянуться ними, и потрепаться о всякой ерунде, чтобы им было покайфовее, к тому же отоваривались они скудно, на несколько баксов. Короче говоря, зря траву считают наркотиками, она и привыкания то не вызывает, даже ущерба организму не приносит. Самое главное, пыхнув, не вести машину, ни в коем случае, в связи с тем, что адекватное знакомое мироощущение реальности и пространства искажается абсолютно.

Не стоит удивляться, прошло время, и Уильям оказался в полной власти иглы, он нуждался уже в тройной порции в течение дня для поддержания обычного нормального состояния. Стал сожительствовать с парой подобных ему наркоманов. Коллективно добывали средства и рецепты, приобретали дозы, кололись тоже вместе. Все их желания и потребности представляли собой добычу и последующее потребление добытого. Никаких иных интересов. Словив кайф, ширнувшись, просто ждали следующего раза.

На ложных адресах и именах в рецептах Уильям получил свой первый срок, как это всегда случается со всеми торчками. Ему дали условно четыре месяца. Обчищать пьяных казалось уже опасным, засветился. Взялся самолично торговать на улице, тем более что один из дружков Билл Гейне, познакомил с путевым оптовиком, занимающимся героином. Миллионером, занимаясь подобным не станешь, зато всегда при себе есть чем ширнуться, дополнительный плюс - можно не бояться не найти чем уколоться, при необходимости. Спустя время у них с Биллом уже была своя клиентура. Можно сказать, торговля пошла стабильно. Одна проблема, в клиентуре, неизбежно, время от времени появляются мутные типы, пытающиеся взять дозу в долг, кто-то не достаточно аккуратен, либо такие, кому ничего не стоит сдать дилера, как только «запахнет жаренным». С помощью этих, копы в итоге упали на хвост. Оставалось бежать в Нью-Йорк.

Билл Гейне двинулся в лексингтонскую клинику, Ли взял курс на Техас, так как там одна из ферм была в его владении. Хотел без посторонней помощи справиться со своей наркотической зависимостью, за счет китайского способа, как его называли. По нему, делая уколы, после каждого, раствор разбавляется дистиллированной водой. Таким образом, доза уменьшается, затем, спустя время, в организм ширяют уже воду. Но ничего не вышло, в итоге словил основательную ломку. Боли случаются разные - зубные или генитальные, но они рядом не стояли с болями при ломке, настигающими, когда бросаешь колоться. Ломка представляет собой смерть, погибель всего, что в теле человека зависит от наркотика, это гибель каждой клетки. И длится весь этот ужас с организмом до тех пор, пока зависимые клетки не умрут, вместо которых появятся новые. На протяжении этого действа находишься, словно в аду.

Уильям поездом прибыл в Лексингтон, оставив автомобиль на стоянке. Исцеляли в клинике закрытого типа по методике, немного напоминающей китайский способ, понижая дозу, но только использовался синтетический морфий. Курс длился семь дней, на протяжении которых с каждым уколом доза уменьшалась, далее шел период реабилитации, предполагающий полное воздержание от наркотиков, но от него Ли отказался и покинул клинику по прежнему зависимым. Самостоятельно как-то протянул на колесах, после чего порядка нескольких недель не употреблял наркотиков вообще. Прибыл в Новый Орлеан, по началу жил как обычный человек. Употреблял алкоголь, что не свойственно торчкам, таскался по заведениям, и все же будучи пьяным, укололся. Так и начал снова ширяться. Имея в прошлом зависимость, много не надо чтобы к ней вернуться, так, чуть-чуть. Жизнь его теперь снова стала измеряться периодами между доз - укол, ожидание следующего... Снова появились клиенты, по сути тот же шлак что и в Нью-Йорке.

Существование наркоманов, а особенно торгующих, с каждым днем становилась опасней. Копы зверствовали. Вышел новый закон, по нему могли упрятать за решетку всего лишь за следы от уколов. Как то Уильям с напарниками конкретно попали. Ему грозил приличный срок, а его адвокат ясно дал понять, что лучшее в его ситуации забыть о залоге, благодаря которому он вышел и бежать из страны в Мексику.

Оказавшись в Мехико, узнал, что какая-то Люпита заправляет торговлей наркотиками, все под ней, к тому же её связи с местной полицией были настолько слажены, что они мало того, не обращали внимания на её дела, так еще и уничтожали конкурентов. Поэтому Ли вынужден был забыть о возможности своей торговли. Все что оставалось, так это просто приобретать у неё паршивого качества дурь, да еще и по дико завышенной цене. Чуть позже начал благополучно пользоваться рецептами.

В течение года проживания в Мехико Уильям был на игле, сделал пять попыток соскочить, но ни одна из них не увенчалась успехом. В последней выбирался выпивкой и колесами, в итоге от зависимости избавился, правда после ушел в конкретный запой. Придя в себя, по утру, задыхаясь от неимоверной вони, ужаснувшись, понял, запах от него, обмочился под себя. Ли наблюдал смерть от уремии, зрелище не из приятных, в общем, на приеме у врача он узнал, что был на волосок от смерти, выпив еще хотя бы одну бутылку текилы, умер бы.

Как бы там ни было, но в течение нескольких месяцев Уильям Ли не употреблял наркоту. Он пробовал ставший модным кактус-пейот, но его кайф ему не понравился. В США ехать было не вариант, там светил суд, тем более штаты накрыла антинаркотическая паранойя. Из прошлых знакомых, сидевших, некоторые скрылись, некоторые загнулись... В общем, пришлось направиться в Колумбию. Там вроде как из непонятной амазонской травы приспособились готовить новую дурь, усиливающую телепатическую восприимчивость, к которой проявили интерес русские службы в целях контроля над миллионами сидевших рабов в лагерях. Ли и сам интересовался темой телепатии.

Краткое  содержание романа «Джанки. Исповедь неисправимого наркомана» пересказала        Осипова А. С.

Обращаем ваше внимание, что это только краткое содержание литературного произведения «Джанки. Исповедь неисправимого наркомана». В данном кратком содержании упущены многие важные моменты и цитаты.