Краткое содержание: Плаха

В прошлое лето в Моюнкумском заповеднике впервые у волчицы Акбары и волка Ташчайнара в первый раз появились волчата. Когда выпал первый снег наступила пора охоты, но не знали волки , что исконная добыча охотников сайгаки - будет нужна для выполнения плана , по сдачи мяса и что кто-то предложил пользоваться для этого «мясными ресурсами» заповедника.
Как только волки окружили сайгаков, откуда не возьмись появились вертолёты. Они кружилис в воздухе, гнали испуганное стадо в сторону охотников на «уазиках». Побежали и волки. В конце погони из живых волков остались только Акбара и Ташчайнар (двое их детенышей погибли под копытами обезумевшего стада, третьего застрелил один охотник). Они были уставши и изранены,и хотелось поскорее добраться до родного логова, но и около него толпились люди, которые собирали трупы сайгаков - план по мясосдачи обеспечил этим людям момент подзаработать.
Старшим в этой команде был Обер, в прошлом он был старшиной дисциплинарного батальона, после него - Мишка-Шабашник, типаж «бычьей свирепости», а самое низшее положение приходилось на бывшего артиста областного театра Гамлет-Галкина и «аборигена» Узюкбай. В их военном вездеходе среди холодных туш сайгаков лежал связанным Авдий Каллистратова, сына покойного дьякона, которого выгнали за ересь из духовной семинарии.
В то время он работал непостоянным сотрудником областной комсомольской газеты: статьи с его нестандартными рассуждениями читателям нравились , и газета и с удовольствием их печатала. В будущем Авдий надеялся высказывать в газете свои «новомысленнические суждения о Боге и человеке современной эпохи в противовес догматическим постулатам архаичного вероучения», но он не думал , что против были не только неизменные веками церковные постулаты, но и могущественная логика научного атеизма. Но все равно «в нём горел свой огонь».
У Авдия было бледный высокий лоб . Серые навыкате навыкате глаза отражали непокой духа и мысли, волосы были до плеч и каштановая бородка придали лицу выражение. Блага. Мать Авдия умерла, когда он был еще маленький , а отец, который вложил в воспи тание сына всю душу, умер почти после того , как он поступил в духовное училище. «И может быть, на это была милость судьбы, иначе он не смог бы перенести той еретической метаморфозы, которая произошла с его сыном». Авдия , когда отец умер, выгнали из небольшой служебной квартирки, где жил всю свою жизнь.
Тогда и произошла его самая первая поездка в Среднюю Азию: газетой было дално задание проследить путь по которому проникал наркотик анаша в молодежную среду европейских стран . Для выполнения этого задания , Авдию пришлось присоединиться к компании к «гонцов за анашой». Гонцы ездили за анашой в Примоюнкумские степи в мае, в то время, когда цветёт конопля. Их группами они формировались на Казанском вокзале в Москве, туда собирались гонцы со всех концов Советского Союза, очень их было много из портовых городов, куда проще всего было сбыть наркотик. Здесь Авдий узнал полезное правило гонцов: меньше общения на людях, потому, что в случае провала не выдавать друг друга. Как правило, гонцы собирали соцветия конопли, но очень ценным сырьём считался «пластилин» - масса из конопляной пыльцы, переработанная в героин.
Спустя несколько часов Авдий уже был на пути к югу. Он предполагал , что в этом же поезде едет не меньше десяти гонцов, но знаком был только с двумя, к которым присоединился на вокзале. Оба он и приехали из Мурманска. Самый опытный из них, Петруха, было ему лет двадцать, второй- это шестнадцатилетний Лёня, который ехал промышлять второй раз, и уже считался бывалым гонцом.
Авдий, вникая в подробности данного промысла, все больше убеждался, что окромя личных и частных причин, которые рождают склонность к пороку, существуют еще и общественные , которые допускают возможность возникновения данного рода болезней молодёжи». Авдий хотел написать об этом «целый социологический трактат, а скорее всего о начать дискуссию об этом - в печати и на телевидении». Но от реальной жизни он был отрешен и не мог понять , что «никто не заинтересован в том, чтобы о таких вещах говорили открыто, а объясняли это постоянно соображениями о престиже нашего общества», хотя дело было в том, что всe не хотели рисковать своими служебными положениями. Но Авдию это не грозило и он хотел помочь этим людям , участвуя лично и на своем примере показать, что можно найти выход из этого губительного состояния, но возможно это через собственное возрождение.
Снежные горы на горизонте показались на четвертый день пути - это говорило о том, что их путешествие почти подошло к концу. Гонцам надо было выйти на станции Жалпак-Саз, добраться до совхоза «Моюнкумский» на попутке , а потом пройти пешком. Вся операция проходила под руководством Сам, которого Авдюй так и не пришлось увидеть , но он понял, что этот человек жестокий, недоверчивый и очень таинственный очень недоверчив. На станции Авдий, Петруха и Лёнька перекусили и отправились дальше, делая вид, что они сезонные рабочие.
В посёлке Учкудуке, где жили казахи , они остановились от дохнуть и подзаработать, Авдий повстречал девушку, ставшая самым главным человеком в его жизни. Она подъехала на мотоцикле к зданию, которое им велели штукатурить . Особенно запомнил Авдий сочетание белокурых волос и тёмных глаз, которые придали девушке особенное очарование. От этого визита гонцы насторожились и , и на следующее утро им пришлось двинуться дальше.
Вскоре они встретили коноплю Это были густые заросли . Каждый гонец-новичок обязан был дать Самому подарок - спичечный коробок «пластилина». «Дело это было не сложное, , но до предела изматывающее и варварское. Надо было делать так- раздеться догола, бегать по зарослям, таким образом на тело налипает пыльца с соцветий». Далее слой пыльцы счищают с тела , получается однородная масса. Авдий занимался этим только, рассчитывая встретиться с Самим.
Вскоре они собрались обратно с рюкзаками, которые по краев набиты травой-анашой. Далее гонцам предстоял трудный обратный путь это доехать до Москвы, миновав милицейских облав на азиатских станциях. И опять же операцией руководил таинственный Сам, и всю дорогу Авдий готовился к встрече с ним. На железной дороги, гонцам предстояло сесть в товарный вагон, они повстречали Гришана с двумя гонцами. Когда Авдий увидел его, то сразу понял, что это есть таинственный Сам.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
У Гришана была заурядная внешность и напоминал чем-то «загнанного в угол хищного зверька, который хочет укусить, набросится , но не может решиться , а между тем принимает угрожающую позу и храбрится. Он присоединился к группе Авдия , как буд-то он простой гонец . Поговорив с Авдием, Гришан решил , что принадлежит к одержимым идиотам и поехал в Моюнкумы лишь для того, чтобы исправить то, что один человек исправить не может. Авдий и Гришан имели совершено разные жизненные позиции, от которых никто из них не собирался отказываться. Гришан был бы рад, если бы Авдий ушёл и не беспокоил гонцов своими разговорами о Боге, Авдий же уходить не собирался.
Вечером настало время, чтобы садиться на товарняк. Гришан велел двум своим людям сделать на железнодорожных путях «иллюзию пожара». Машинист, заметив на рельсах разложенный костер, притормозил , а вся компания, тем временем заскочила в вагон. Поезд стал следовать в сторону Жалпак-Саза. В вскоре расслабились и пустили самокрутку с травкой пустили по кругу . Не курили только Авдий и Гришан. Авдий догадался, что Гришан разрешил им «покайфовать», чьтобы тот позлился. Хоть Авдий и сделал вид, что ему это все равно , но в душе он переживал от своего бессилия , что -либо сделать Гришану.
Всё началось с того, что Петруха окончательно заболдел и начал приставать к Авдию затянуться от его слюнявого бычка. Авдий не выдержал и тогда выхватил бычок и выбросил его в дверь вагона, которая была открыта, далее он стал вытряхивать туда же из рюкзак коноплю и стал призывать всех, чтобы последовали его примеру. Гонцы набросились на Авдия и он на себе испытал свирепость, жестокость садизм наркоманов. Один только Лёнька пытался разнимать дерущихся. Гришан наблюдал за этим и не скрывал своего злорадства. Авдий понял , что Гришан может помочь ему, если он попросит, но помощи Гришана Авдий не стал. Дело еончилось тем , что Авдия избили до полусмерти и выбросили из вагона, который двигался на полном ходу. Лежал Авдий в кювете около железной дороги, и вспомнил он разговор Иисуса с Понтием Пилатом, там будущий Мессия также не попросил пощады.
Очеулся Авдий ночью, когда на него хлынул дождь. Вода залила кювет, и поэтому Авдию пришлось двигаться. Голова его осталась ясной, и ему было удивительно какие объемные и удивительные мысли осеняют его., Авдию показалось, что он как будто существует в двух разных эпохах: в настоящей он пытается спасти своё погибающее тело, а в прошлой он спасает Учителя, при этом мечется по знойным улицам Иерусалима и сознает, что все труды напрасны.
Под железнодорожным мостом Авдий подождал, когда наступит ночь. Утром он увидел, что е паспорт его превращен в комок мокрой бумаги, также промокли и все деньги, лишь двадцатипятирублевка и десятка имели боле менее подходящий вид. Вот на эти оставшиеся деньги ему надо было доехать до родного Приокска. Под мостом находилась просёлочная дорога. Авдию повезло, его сразу догнала попутка , которая довезла до станции Жалпак-Саз.
У Авдия был очень ободранный вид, поэтому на станции его тут же арестовали. Его привели в милицию , там он удивился , увидев всех гонцов, кроме Гришана. Авдий обратился к ним, но они ни как не отреагировали, сделав вид что не знают его. Милиционер уже отпускал Авдия, но тот стал просить , чтобы его также посадили за решётку, сказав, что они будут каяться в своих грехах и таким образом очистятся. Авдия приняли за сумасшедшего, вывели в зал ожидания и велели ехать отсюда быстрее. Люди, которые избили Авдия, обычно, вызывают желание отомстить, но ему казалось, что проигрыш добытчиков анаши - это и его проигрыш , проигрыш альтруистической идеи, которая несет добро.
А тем временем Авдий чувствовал себя все хуже и хуже. Он понял, что сильно заболел. Пожилая женщина, заметив это, вызвала скорую помощь и Авдий отвезли в жалпак-сазкую станционную больницу. Пролежав три дня, к нему пришла .На третий день к нему пришла девушка-мотоциклистка, та самая которая была в Учкудуке. Девушку звали Инга Фёдоровна, она была знакомой станционного врача. О этой девушки и узнала об Авдии. Инга изучает моюнкумскую коноплю, она заинтересовалась историей с Авдием , и хотела узнать, не понадобятся ли ему полезные сведения об анаше. Эта встреча стала для Авдия началом новой жизни.
Когда Авдий вернулся в Приокск, то заметил , что по отношению к нему и к добытому им материалу , редакция сильно изменилась. Его очерк не желали публиковать, а приятели из редакции , встречаясь с ним, отводили глаза. Но Авдию было легче все пережить, так как он мог теперь со своими проблемами поделиться с Ингой. Она тоже рассказала Авдию, что сразу, после рождения сына, развелась с мужем, который был военный летчик. Ребёнок жил в Джамбуле с её родителям, но она хотела забрать его к себе. Осенью Инга мечтала познакомить Авдия с родителями и сыном .
Когда Авдий осенью приехал к Инге, то не дома ее не застал. Авдий не застал . На почте она оставила ему письмо до востребования , в котором она сообщила, что бывший муж хочет отобрать у нее ребенка через суд, и поэтому ей надо срочно уехать. Авдий вернулся на вокза и повстречал Кандалова, у которого кличка Обер. На следующий день, утром, Авдий вместе с «хунтой» пошел в Моюнкумский заповедник на облаву.
Отстрел сайгаков сильно подействовал на Авдия, и он стал «требовать, чтобы тот час прекратили эту бойню, стал призывать, чтобы озверевшие охотники покаялись , обратились к Богу. Это и стало поводом, чтобы с ним расправиться . Обер устроил самосуд , Авдия избили почти до смерти и решили распять на корявом саксауле. Затем сели в машину и исчезли.
И показалась Авдию большая водная ширь, а над ней - фигура дьякона Каллистратова, и услышал Авдий собственный детский голосок, который читал молитву. «То подступали конечные воды жизни». Палачи же Авдия крепко спали в нескольких километрах километрах от места, где казнили , они уехали, оставив Авдия одного. Когда рассвело, Акбара и Ташчайнар подползли к своему разорённому логову и увидели человека, который висел на саксауле. Ещё живой, он поднял голову и тихо прошептал волчице: «Ты пришла...». Это была его последняя речь Но неожиданно волки услышали шум мотора- это возвратились палачи. Волки услышали их и ушли из моюнкумской саванны и больше никогда не возвращались.
Целый год Акбара и Ташчайнар жили в приалдашских камышах, у них родилось пять волчат. Скоро на этом месте стали строить дорогу к горнорудной разработке, а камыши сожгли. И снова не осталось в живых волчат, и снова Акбара и Ташчайнар вынуждены были уйти. В последний раз они пытались продолжить род в Прииссыккульской котловине, но и в этот раз все кончилось страшной трагедией.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
В тот день пастуха Базарбай Нойгутова наняли проводником к геологам. Проводил геологов, получил 25 рублей и бутылку водки, потом Базарбай поехал прямиком домой. Ехав домой, он не сдержался, остановился у ручья, достал бутылку, но тут он услышал необычный плач. Базарбай посмотрел вокруг и увидел волчью нору с маленькими волчатами . Это было логово Акбары и Ташчайнара, они в это время были на охоте. Долго не размышляя, Базарбай засунул всех волчат в седельные сумки и скорее зашагал прочь, ему надо было успеть уйти, как можно было дальше , пока не вернулись волки. Этих волчат волчат Базарбай хотел дорого продать.
Когда Акбара и Ташчайнар вернулись , то детей в норе не обнаружили, тогда они взяли след на дорогу, по которой шел Базарбай . Догнав его, волки хотели отрезать ему путь к приозёрью, загнав в горы. Но Базарбаю повезло - он увидел кошару Бостона Уркунчиева. Это был колхозный передовик , которого Базарбай не любил и сильно ему завидовал, но в данный момент выбора не было.
Хозяина дома он не застал , но жена Бостона, Гулюмкан, встретила Базарбая как самого дорогого гостя. Базарбай попросил водки , развалившись на ковре рассказывать свою сегодняшнюю историю. Волчат достали из сумок, а полуторагодовалый сынок Бостона с ними стал играть. Потом Базарбай уехал и забрал волчат , а Акбара и Ташчайнар не уходили от Бостонова подворья.
После этого около хозяйства Бостона все слышали каждую ночь тоскливый волчий вой. На следующий день Бостон уехал к Базарбаю, он хотел у него купить волчат. Базарбай встретил его не радостно . Во всем он завидовал Бостону - т шубе, и коню, и сам он красивый, и жена красавица. Как ни старался Бостон убедить Базарбая вернуть волчат в логово, тот не согласился.
Волки насовсем оставили свое логово , стали бродить по округе и нападать на людей, никого не боялись. Об Акбаре и Ташчайнаре пошла дурная слава но никто не знал истинной причины мести и никто не догадался о смертельной тоске волчицы о своих волчатах. А Базарбай , тем временем ,продавал волчат, пропивал деньги и всем хвалился тем, что отшил Бостона. Называл его тайным кулаком.
А волки снова и снова возвращались ко двору Бостона. Выли, не давая уснуть. Бостон вспомнил свое тяжелое детство.. Отец у него погиб на войне в то время, когда он учился во втором классе, затем умерла мать, он был в семье самым младшим, был предоставлен самому себе. Всему в жизни добился сам тяжелым трудом и всегда считал, что правда всегда на его стороне. Только об одном поступке он жалеет до сих пор
Гулюмкан - это вторая жена Бостона. Он вместе работал и с её покойным мужем Эрназаром. Также он был его другом. Тогда Бостон хотел добиться , чтобы земля, на которой паслись его отары, была закреплена за его бригадой и осталась за ними в постоянном пользовании. Но никто не хотел согласится - все это уж напоминало частную собственность. Очень этого не хотел парторг совхоза Кочкорбаев. И тогда у Бостон и Эрназар решили , что перегонят на лето весь скот за перевал Ала-Монгю, на богатый выпас Кичибельский . Они поехали на перевал, чтобы наметить путь для отар. Они все выше и выше поднимались в горы, а снежный покров становился все толще и толще. Эрназар провалился в трещину, которую не заметил в леднике. . Трещина была очень глубокая , так что веревка не могла достать до ее дна. Бостон ни как не мог помочь другу и тогда ему пришлось спешить за помощью. Вся сбруя была пущена на веревки, поэтому он пошел пешком, но ему повезло, около гор играли свадьбу. Бостон пришел к трещине с людьми, а вскоре подоспели альпинисты, но они сказали, что труп сильно вмерз в лед, и поэтому они его не смогут достать. До сих пор снится Бостону сон, что он спускается в трещину, чтобы проститься с другом.
Спустя полгода первая жена Бостона умерла . Перед смертью она просила мужа, чтобы он не ходить бобылем, а женился на Гулюмкан, которая была её подруга и дальняя родственница. Бостон точно так и поступил, а скоро у них родился сынок Кенджеш. Дети Бостона и Гулюмкан от первых браков давно выросли , создали свои семьями, а этот ребёнок стал их общей радостью.
Теперь вой волков около дома Бостона не прекращался каждую ночь. Терпению Бостона пришел конец и он решил подкараулить волчью пару около отары. Он решил их убить, больше выхода нет. Бостону было трудно : его обвиняли в гибели Эрназара, а также обвиняли в защите волков. Два его врага - Кокчорбаев и Базарбай - травили его, загоняли в тупик, объединившись. Убил Бостон только Ташчайнара, Акбара спаслась.
Мир для Акбары уже не составлял уенность . Ночами она подходила к дому Бостона и принюхивалась, надеясь , что до нее донесется запах ее волчат. Настало лето, Бостон перегнал скотину на летний выпас и решил вернуться за семьёй. Перед тем, как уехать , они пили чай, а Кенджеш играл не далеко во дворе. Никто даже и не заметил, как Акбара, подкравшись, унесла ребёнка. Бостон схватил ружьё и стрелял по волчице, но ни как не мог попасть, так как боялся , что застрелит сына.
Волчица убегала все дальше и дальше. Тогда Бостон прицелился получше и выстрелил. Акбара упала. Когда он подбежал к ней , она ещё дышала, а Кенджеш был уже мёртв.
Обезумев от горя, Бостон зарядил ружьё и поехал к Базарбаю , что бы застрелить его. Отомстив за все , он застрелил его в упор, отомстив за всё. Потом и ушёл «в приозёрную сторону и сдался властям. <...> То был исход его жизни».

Обращаем ваше внимание, что это только краткое содержание литературного произведения «Плаха». В данном кратком содержании упущены многие важные моменты и цитаты.

Яндекс.Метрика