Ким Анатолий Андреевич

Русский прозаик и драматург Анатолий Андреевич Ким родился в 1939 году, 15 июня, в селе Сергиевка (Тюлькубасский район Чимкентской области, Казахстан). Его отец и мать были преподавателями-корейцами, предки которых переехали из Кореи в Россию еще в середине позапрошлого века. Закончил Московское художественное училище «Памяти 1905 года». Самостоятельно оформляет и иллюстрирует свои книги.

В 1971 году получил диплом заочного отделения Литературного института им. А.М. Горького. Первые опубликованные рассказы и повести Анатолия Кима рассказывают о жизни на Дальнем Востоке и острове Сахалине. Его произведения несут на себе печать корейского национального мировосприятия, бытовых и фольклорных традиций. Художественная образность прозы этого автора напоминает графику южноазиатских художников. Примерами таких «графических» текстов могут послужить рассказы «Акварель» (1973), «Шиповник Мёко» (1973), повесть «Поклон одуванчику» (1975), произведения из сборников «Голубой остров» (1976), «Соловьиное эхо» (1976), «Четыре исповеди» (1978), «Нефритовый пояс» (1981), «Собиратели трав» (1980).

Многим произведениям Анатолия Кима свойственны лирико-философская медитативность, размытый сюжет, детальность, вдумчивость и медлительность повествования. Так, в повести «Луковое поле» (1976) главный герой - аутсайдер, бродяга, наделенный неожиданно тонкой и чистой душой, проявления которой контрастируют с его беспорядочным бытием. Множество символических деталей, появляющихся в тексте произведения, говорит читателю о нерушимом единстве человека с природой.

Для Анатолия Кима характерны риторическая приподнятость, многозначность смыслов и символов, вплетенных в повествование (по мнению некоторых литературоведов, мистификация читателя), напевность, поэтичность текста, впечатление внешней нелогичности, пространственные и временные «скачки», меняющие точку зрения на одни и те же события. Все эти особенности делают прозу Кима скорее символически универсальной, нежели фотографически достоверной.

Это свойственно даже тем произведениям, в основу сюжета которых положена вполне реалистичная ситуация. К примеру, в повести «Лотос» (1980) описано прощание художника с умирающей матерью. Смерть в этом рассказе описана автором в близких к суфизму и буддизму традициях: она выглядит не как окончание бытия, а как процесс изменения, преображения человеческой души. При этом взгляд Анатолия Кима на творчество, раскрытый в той же повести, оказывается неожиданно «западным»: вслед за древними римлянами он утверждает, что жизнь коротка, но искусство - вечно, и, благодаря этой вечности, способно дарить бессмертие нашему мимолетному бытию.

Собственная философская система Анатолия Кима подробно отражена в романе-сказке «Белка» (1985). На примере этого текста можно увидеть, как писатель сплетает мифологию и реальность, дискурс и психологизм, зооморфизм и характерное для восточного мышления представление о взаимосвязи всего сущего в мире и бесконечных превращениях вещей и живых существ друг в друга.

В романе рассказывается о том, как сложилась судьба четырех художников, связанных между собой узами дружбы. Там же возникает фантасмагорический «заговор зверей», на примере которого поднимается проблема «зверского», дьявольского начала в природе человека. «Белка» продолжает одну из значимых линий развития западноевропейской литературы ХХ века: «Люди или животные?» Анатолий Ким считает, что решение этого вопроса находится в плоскости соотношения грешного конечного земного бытия человека с вечной красотой и истинностью искусства, которое позволяет человеческому существу в акте творчества, по ценности равном акту творения мира Богом, обрести свою новую, высшую, бессмертную сущность, которая даруется тем, кто живет, как человек, предпочитая созидание убийству. По мнению писателя, невозможно стать бессмертным, отняв чужую жизнь.

Кимовское восприятие творческого человека, «музыканта» или «художника», как «соли земли», его противопоставление мещанской приземленности филистера, в большей степени заботящегося о земных благах, происходит, по всей видимости, из мировоззрения представителей немецкого романтизма (А.В. и Ф. Шлегелей, Э. Т. А. Гофмана). С ними Кима роднят и таинственность, мозаичность, фантасмагорическое нагромождение странных образов в повествовании, многоплановость текста, избыточность словесных конструкций, пристальный интерес к переселению душ.

Размышления на тему метемпсихоза, соединенные с космическим и апокалиптическим взглядом на человеческую цивилизацию и пессимистическим взглядом на ее будущее, становятся основой и для наиболее известного произведения Анатолия Кима - романа-притчи «Отец-Лес» (1989). Сложная полифоническая система, в которой сосуществуют образы представителей трех поколений аристократической семьи Тураевых, связана с таинственной мощной жизнью огромного мещерского леса. Этот лес помогает дворянам перешагнуть злобу, мелочность и суету и радостно слиться с окружающим миром.

С жизнями Тураевых тесно соприкасаются судьбы других персонажей книги: сержанта Обрезова, купца Ферапонтова. Образы людей сплетаются с описаниями Змея-Горыныча и дерева, символизируя идею единства между всеми обитателями Земли, нарушаемого бездумными действиями «венца творения», бездумно разрушающего лес, вторгающегося в гармонию природы (грубость этого вторжения представлена в виде образа богини Деметры, которая больше не состоит «в браке» с крестьянином и регулярно подвергается насилию химическими веществами). Человек в «Отце-лесе» отступает от древнего закона, по которому высшая свобода возможна только в сочетании с интенсивной духовной работой, не терпящей насилия над любым другим существом. В этом отношении мировоззрение Анатолия Кима близко к буддийскому представлению о духовности всего живого на земле.

Существенно повлияла на книгу «Отец-лес» и христианская традиция, ставшая еще одной направляющей религиозно-философских исканий автора. В конце книги «Отец-лес» читатель наблюдает за явлением Христа в виде огорченного Звездного Гостя, дарующего последнюю надежду изнемогающему от боли и земных страстей герою: «В новом мире я сначала умру от ненависти, которая исходит от моего одиночества, а затем воскресну от любви... И на земле вырастет новый Лес, благоухающий, без гнева и зла...»

Есть явные вкрапления христианского мировоззрения и в других произведениях Анатолия Кима. В качестве примера можно привести итог романа-сказки «Белка»: «надо стойко и неустанно работать для накопления всеобщей энергии добра».

Некоторые критики определяют мировоззрение и художественное мышление Анатолия Кима, как «ноосферное». Этот взгляд на реальность породил фантастически-мифологическую философскую притчу - повесть «Поселок кентавров» (1992), где речь идет о противостоянии двух разных миров. В одном из них, видимом, грешном и суетном, живут и борются друг с другом лошади, люди, кентавры и амазонки. В другом - высшем и незримом, высшие существа, наделенные всемогуществом, вершат суд над существами из низшего мира, который постепенно уничтожает себя своим слепым следованием животным страстям.

Во многом восходит к христианскому мировоззрению и философская символика романа «Онлирия» (1995), созданного на основе текстов из Библии и свойственных манихейству представлений об истории человечества как о бесконечной игре-противостоянии между Богом и Князем зла (который сам является одним из божественных творений). Тем не менее, Анатолий Ким оставляет людям надежду на воскресение в райском царстве бессмертия под названием Онлирия.

Проза Анатолия Кима продолжает линию, начатую в русскоязычной литературе фантастом-ученым Иваном Ефремовым («Туманность Андромеды», «Час Быка»): в ней стремление к рациональному анализу сочетается с космизмом, лиричностью и метафоричностью. Книги Анатолия Кима поднимают «экологические» проблемы, которые видятся автору, как нарушение естественной гармонии мира и «дьявольский» путь к саморазрушению.

 

Обращаем Ваше внимание, что в биографии Кима Анатолия Андреевича представлены самые основные моменты из жизни. В данной биографии могут быть упущены некоторые незначительные жизненные события.